Зейские Вести Сегодня

Отчий дом

После долгой разлуки я еду навестить свой отчий дом. Наш поселок – 3-й лесопункт – уютно расположился в чаше сопок. Чистые красивые сосняки стеной окружили его. Студёная Улунга узкой извилистой лентой то ныряет в густые заросли тальников, то торопливо бежит среди лугов и песчаных кос. Река моего детства! Я помню каждый её изгиб, омут, перекат. Мы, босоногие, мчались к ней, раздеваясь на ходу, не обращая внимания на кочки, колкую стерню, и с разгону бросались в ее ледяную воду. Купались до посинения губ, до "гусиной" кожи, до колотуна во всем теле, а потом, дрожащие, выскакивали на берег, зарывались в горячий песок.

Мои воспоминания прерывает очередная остановка – завал из обгоревших сгнивших деревьев. Но, как ни трудна дорога, заканчивается и она. Сердце не умещается в груди. Последний поворот, и мы выезжаем… на поле. Давно нет нашего поселка. И только огромная елка-красавица, посаженная в детстве сестренкой, указывает на место нашего отчего дома. Два еле заметных сгнивших пенька – калитка. Я вхожу в родной двор: остатки дома, заросшие малинником, провал колодца еще заметен в траве. А за бывшим огородом всё так же стена сосняка со стволами, отсвечивающимися на солнце золотисто-розовым цветом.

Ноги подкашиваются, я встаю на колени, и льются, льются на родную землю слёзы. Слёзы невыносимой утраты – нет родного посёлка, не сохранился отчий дом. Слёзы невосполнимой потери – уже нет с нами наших родненьких: мамы и папы. Слёзы вины и раскаяния – как мало уделяли мы им внимания, как мало говорили о своей любви к ним, обижали словом, молчанием, равнодушием. Простите, родные и любимые! Мы так мало задумываемся об этом в жизненной суете. Понимание, к сожалению, приходит позже. Слезы светлой радости за прожитые в отчем доме годы, за ту любовь, что нам дарили родители, за трудное, но счастливое время. Слёзы ужасающей до холодка в душе мысли: жизнь проходит, и ни-ког-да ни-че-го этого уже не повторится.

Поднимаюсь, иду к реке, раздеваюсь и вхожу в холодный поток. Родная речушка, окати меня своей водой, смой всё дурное, плохое, темное, что есть во мне! Помоги очистить мою душу, сохранить в ней всё доброе, чистое, светлое, что было заложено в отчем доме, сохранить светлую память о моих земляках и живых, и уже ушедших от нас…

Лидия ЗАЙЦЕВА.

г. Зея.

Фото из архива автора.

 

Справка "ЗВ"

В 1927 году на берег реки Улунги были привезены первые ссыльные из числа репрессированных. Их оставили в лесу. Люди строили шалаши, навесы, рыли землянки. Поток репрессированных увеличивался. Были построены два барака. В 1928 году поселение получило статус поселка. Построили еще шесть бараков. На другой стороне речки, в двух километрах, появился п. Ермаковский, который входил в состав 3-го лесопункта.

В конце 60-х – начале 70-х годов прошлого столетия лесопункт начал расстраиваться. Построили новый клуб, больницу, магазин, столовую. Начали возводить новые дома. В то время в поселке проживало около 800 человек. Но в середине 70-х принято решение о закрытии лесопункта. К ноябрю 1978 года жители поселка были переселены в с. Овсянку.

 

На фото:

групповой снимок жителей 3-го лесопункта– стоят Зинаида Журавлева, Мария Шуранова, Наталья Сверкунова, Ашиток (имя не помнит), сидят Елизавета Ашиток, Аксинья Полякова, Агафья Журавлева, Александра Гончарова, девочка – Надя Журавлева. 1960 г.;

две девочки – слева направо: Лидия Шуранова (Зайцева) с двоюродной сестрой Валентиной Журавлевой, фото 1956 г.;

ёлка – та самая елочка, посаженная сестрой Лидии Зайцевой;

отчий дом – слева направо: Зинаида Журавлева, Мария Шуранова, Анисья Полякова, фото 1958 г.

"Зейские Вести Сегодня" © Использование материалов сайта допустимо с указанием ссылки на источник